Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
03:35 

День восьмой, ночь – день девятый. Мердоу. Город, окрестности, тюрьма.

Мора Дайне
Полудемон
Дождь и не думал кончаться. Это я поняла как только проснулась и взглянула в начале на часы , а потом и за окно. Почти полночь? Неплохо поспала… Берт, святая душа, не стал меня будить, хотя разговор был назначен на десять. Ничего, у нас была впереди вся ночь. Бесновавшаяся за окном гроза сводила на нет все планы.
Хозяин дома обнаружился в каминном зале. Инкуб уютно устроился в кресле, поставив на пол початую бутылку вина, а на подлокотник кресла – раскрытую книгу. Меня он то ли не заметил, то ли просто не подал виду, продолжая задумчиво глядеть на огонь. Остановившись в дверях, я тихонько постучала ладонью по косяку.
- Доброй ночи, - не оборачиваясь, произнёс Берт.
- Добрый, - потоптавшись на пороге, я всё же прошла в комнату. Огляделась по сторонам, недовольно покосилась на кресла и устроилась прямо на полу, рядом с камином. – Поговорим?
- Выпьёшь? – вопросом на вопрос ответил хозяин.
Я отрицательно мотнула головой. Слишком уж свежи были воспоминания об устроенной нами в Поместье попойке. Сейчас само упоминание об алкоголе навевало мне лёгкую, но отчётливую дурноту.
- Зря отказываешься, - Берт вздохнул и наполнил свой стакан. – Такие разговоры на трезвую голову не ведут, иначе рехнуться можно.
- И всё же я рискну. Давай, начинай уже…
«Начинать» инкуб и не думал. Так и не притронувшись к вину, он отставил бокал в сторону, поднялся с кресла и устроился рядом со мной, прислонившись плечами к столбу камина. Я удивлённо вскинула брови, но комментировать ничего не стала. Мало ли у кого какие причуды.
Прошло ещё несколько минут. Молчание Берта начинало раздражать, и я уже подумывала о том, что стоило бы его подтолкнуть. Но ровно в этот момент хозяин и заговорил:
- Знаешь, сейчас неспокойно.
Короткая фраза вместила в себя слишком много событий. Сбоку полыхнуло, но скорее на ментальном плане, чем в реальности. Короткое дуновение ветра, дрогнувший язык пламени… Движения инкуба я не уловила, а потом стало слишком поздно.
Когда Берт прижал меня к полу, я уже успела перекинуться. Но даже в своей демонической форме мне нечего было противопоставить его боевой. Инкубу, в отличие от меня, больше повезло с наследственностью, он почти ни в чём не уступал своему отцу-Охотнику. На четверть Высший, хозяин дома лёгко мог справиться и с более сильным полукровкой, чем я. Что с лёгкостью сейчас и продемонстрировал.
- Что это значит? – хрипло рыкнув, я ухватила горло Берта когтистой лапой. – Сдурел?
- Прости, - осторожно отведя мою руку в сторону, инкуб поднялся на ноги и помог подняться мне. – Просто хотелось проверить.
- Проверить что? – Форму мы сменили одновременно и теперь пытались привести в порядок свою одежду.
- Что ты действительно та, за которую себя выдаешь.
- Неплохо… - я даже присвистнула от удивления. – А что, у тебя были какие-то сомнения?
- У меня были причины сомневаться. – Недовольно оглядев дыру на рукаве, хозяин нахмурился.
- И как проверка? – Моя рубашка выглядела не лучше. Проклятье! Сменной-то у меня не было, а одолжить - не у кого. Придётся завтра утром покупать. – Не удалась?
- Почему это? – недоуменно переспросил Берт. – Вот если бы ты успела увернуться, тогда бы я начал сомневаться. А так всё в порядке: старая добрая Мора собственной персоной. Ты уж не обижайся, но со мной в скорости тебе ещё лет сто не тягаться.
Я кивнула, принимая информацию к сведенью. Действительно, обижаться на правду было бы нелепо. Инкуб был на два века старше меня, а уж во сколько раз опытнее – и думать не хотелось. Они с отцом дрались почти на равных когда я ещё на свет не родилась.
- Ты убедился, что я - это я, вот и славно. А теперь рассказывай, с чего ты стал таким паникёром?
- Внизу началась война, - медленно, тщательно выверяя каждое слово, произнёс Берт.
- Что? – должно быть, я хотела крикнуть, но у меня получился лишь хриплый шепот. – Ты шутишь?
- Если бы. К сожалению, это так. Смута, поднятая четыре века назад, не прошла даром. Дайн же рассказывал тебе, почему он переселился наверх?
- В общих чертах. Какой-то скандал, связанный с Властелинами.
- Этот «скандал», как ты выразился, - неожиданно сухо произнёс инкуб, - переполошил всю Преисподнюю. И аукнулся сейчас, когда предыдущий Властелин умер.
- Он действительно оказался нечистокровным?
- Именно что. Более того, сейчас внизу нет ни одного демона с качествами будущего правителя. По сути дела, там сейчас самая настоящая гражданская война. С одной стороны – поборники старого режима, ждущие появления наследника. С другой – «реформаторы», жаждущие встать у власти.
- А при чём здесь мы? – недоумённо помотала я головой. Обилие информации просто угнетало.
- При том, что обеим силам не терпится заполучить в свои руки Высших, способных родить нового Властелина. Первые хотят взрастить наследника, вторые – обеспечить свою безопасность. И сейчас вся Преисподняя охотится за ними в обоих мирах.
- Это бред. Я плохо знаю историю, но без Высших же погибнут все демоны.
- А им и не нужны все. Только три рода, роднившиеся с правителями. И твой род в этом списке, Мора, - Берт настойчиво посмотрел мне в глаза. – Побереги свою шкуру, девочка. Ты не нужна им напрямую, но Дайн – другое дело.
- Думаешь, из-за этого он и исчез?
Инкуб не ответил, и мне это не понравилось. Вначале Ашель, теперь – он… Сговорились они все, что ли? Меня не покидало ощущение, что от меня что-то скрывают.
- Ладно, не хочешь – не говори. Лучше посоветуй, как нам дальше-то быть, со всем с этим.
- Возвращайся в поместье и постарайся оттуда не высовываться. Мало кто знает об этих владениях твоего рода, а если кто и вспомнит, то ваш хранитель сможет защитить хозяев.
Я скептически хмыкнула. Дух? Защитить? Об этом можно только мечтать. То есть нет, конечно же, никуда из Поместья Ашель меня не отпустит, и убить тоже не даст. Но вмешается явно в самый последний момент. Радовать такая перспектива явно не могла.
- Мора, послушай, не вмешивайся ты в это дело. Добром это для тебя не кончится, уж поверь мне.
- Прости, - я виновато улыбнулась и развела руками, - не могу. Мне отца найти надо, а сидя дома этого не сделаешь. Тем более что тот, кто следит сейчас за Мердоу, может что-то о нём знать. Недаром они так активно зашевелились рядом с моим домом.
- Ты сама суешься в пасть дракону, - сердито произнёс Берт.
- Ничего не могу с собой поделать. Это у меня семейное.
Инкуб не ответил, зато переставил недовольно смотреть на меня. Несколько минут мы сидели в полной тишине, наблюдая за плясками огня в камине.
- Расскажешь обо всём своим друзьям?
- Ещё не знаю. Это будет опасно. Для них.
- А для тебя?
- Хватит, Берт. Я не отступлюсь.
- Как знаешь, девочка. Но побереги себя.
С этими словами хозяин покинул комнату. А я осталась у камина, дожидаться остальных и размышлять над своими поступками.

URL
Комментарии
2008-07-24 в 09:34 

Приношу свои извинения, до меня только сегодня, наконец, дошло, из-за кого стоит игра...
___
черт
_____________
Я спала, и мне снились демоны. Очень много демонов, просто толпа, шевелящаяся, угловатая, пламенеющая. По-моему, они дрались, но у меня не было твердой уверенности, а видела я их как сквозь мутное стекло, и откуда-то сверху.
А потом стекло лопнуло, и я стала падать в эту недружелюбную массу. Вот теперь мне все сильнее казалось, что они именно дерутся. Кто-то открыл мне на встречу огромную, неправдоподбно широкую пасть.
Дернувшись, я очнулась. Едва соображая, в чем дело, тут же вскочила.
Темно. Какая-то комната, рядом кровать.
Ничегошеньки не понимаю. Что меня разбудило, заставив тут же принять боевую стойку? Я уже вспомнила, где я, и, сосредоточившись, убедилась, что в здании все спокойно. Бодрствовали Мора и хозяин дома, но и с ними все было в порядке.
Кое-как списав внезапное пробуждение на дурной сон, я попыталась, было, снова уснуть, но не добилась никакого успеха. Кроме того, оскаленная морда демона маячила перед внутренним взором, едва стоило закрыть глаза. Впрочем, и толк от нее какой-никакой случился - я подумала вдруг, как все удивительно связано - Мора, демоны, этот Ашель, и то, что случилось в Мердоу. Никакой цельной картины не получалось, но пальцы словно бы чувствовали невидимые нити, увязывающие всех вокруг в единую канву. Вот ведь.
<...>

URL
2008-07-24 в 09:34 

<...>
В то же время, чувствовалась опасность. Весь город был покрыт ею, сейчас, когда он спал, я отчетливо это понимала - много народу куда лучше ощущать, когда они спят. Боялся почти каждый. А еще немного напрягшись, я смогла бы ощутить и тех, кто не испытывал страха, или был лишь обеспокоен, но не напуган. Эти люди и нелюди тоже что-то значили. Возможно, что-то знали. Спросонья появилась мысль отправиться на поиски этих "знающих" именно ночью, но я отмела эту мысль. Как минимум опасно, как максимум - глупо.
Оставлять своих друзей - это неверно.
Мора и Берт, похоже, разошлись - раньше, мне казалось, они что-то активно обсуждали.
В любом случае, теперь уже не уснуть, решила я, поднимаясь с кровати и одеваясь. Пожалуй, составлю компанию леди Дайне.

URL
2008-08-15 в 16:28 

Дон М.А.Гарибальди
Мора, а за ней и Истаморн отправились спать чуть ли не сразу после обеда, мы же с Бертом остались пропустить стаканчик и еще немного поболтать. Разговор продолжался на удивление легко, без обычных затыкачек, которые неизбежны, когда уходят общие знакомые. Возможно, сыграло роль то обстоятельство, что я пришел в этот дом с Морой, которую хозяин знал давно и, судя по всему, обожал. Откровенно говоря, по ходу беседы то и дело возникал соблазн спросить что-нибудь о девушке, но я решил ему не поддаваться. В конце концов, это было бы просто неуважительно по отношению к ним обоим. Захотят добавить что-нибудь – расскажут сами. Поэтому беседа продолжала вертеться вокруг города и царящей здесь напряженной суматохи пополам с таким же ожиданием. Знать бы еще, чего именно ждут.
По большому счету, ничего нового гостеприимный хозяин не сообщил, только подтвердил все то, что мы уже знали. Однако меня не отпускало подозрение, что он-то сам знает больше, просто не говорит. Потому что не доверяет мне или потому что не человеческого ума это дело? Не то, чтобы это задевало, в конце концов, у каждого есть право на секреты, но и сказать, что мне абсолютно все равно, я тоже не мог. Как ни странно, не из-за Моры даже, а из-за Марты. Если вдруг настанет момент всерьез позаботиться о ней... не знаю, сколько лет подряд мне твердил это мой друг, но сейчас очень не хотелось, чтобы он оказался прав. Мне-то наплевать, а вот ей, прожившей здесь почти всю жизнь, нелегко будет сняться с места. Что ж, пока ситуация не прояснилась, можно только порадоваться, что судьба не успела увести меня слишком далеко от города и так вовремя пнула обратно.
Вспомнив замечания касательно порта, я спросил и об этом, и тут Берт меня удивил. Несмотря на нервную обстановку и возмутительный новый закон, того, чего так опасались многие жители, пока не произошло – торговли не стало меньше, вроде бы, все поставки шли в прежнем объеме. Вот задержек из-за дополнительных проверок стало очень много, да и процедуру оформления грузов растянули до каких-то совсем уж невыносимых пределов. Доходило до того, что часть сделок совершалась не в порту, а где-нибудь на рейде; корабли, для которых Мердоу был промежуточным пунктом следования, вообще избегали заходить к нам, предпочитая еще на подходе к границам гавани сбросить груз на лодки покупателей вместе со всей ответственностью и волокитой и спокойно плыть дальше. Покупатели, в свою очередь, прекрасно понимали, на что идут, и стоически терпели чиновничью дотошность. Тем временем команды кораблей, полоскавшихся в порту в ожидании того или иного разрешения, вынужденно страдавшие от безделья, то и дело ввязывались в разнообразные склоки, в портовых тавернах и кабаках теперь дня не обходилось без драки, но это мало кого беспокоило. Порт – это порт, а моряки – это моряки, что с них взять! И полторы-две недели, дескать, не показатель. Ну-ну. Посмотрим, что запоют через месяц-другой, если ничего не изменится.

За разговорами мы и не заметили, как подошло время ужина. К тому времени у меня тоже начали слипаться глаза, поэтому я не стал больше злоупотреблять вниманием хозяина и сразу после еды сбегал ненадолго в конюшню, проверить лошадь, а потом отправился на боковую...

2008-09-24 в 18:13 

Мора Дайне
Полудемон
Когда эльфийка зашла в комнату, часы закончили отбивать второй час ночи. По хорошему, я только и успела, что чуть уложить услышанные от Берта новости, про анализ и говорить было нечего. Не во время зашевелились мои друзья, не во время... Это в Поместье я худо-бедно соображала, что происходит, а здесь от моей уверенности не осталось и следа. Эта война, охота, бегущие (от или за - тоже вопрос) Высшие - слишком много для той, кто почти не имеет представления о реальной жизни своего народа.
И всё же, нам надо было как-то разбираться со всем происходящим и что-то делать. Коли судьбе было угодно втравить нас в эту передрягу, стоило пройти дорогу до конца.
- Доброй ночи, - поприветствовала я появившуюся в дверном проёме Истаморн. - Не спится?
Тон, которым был задан этот вопрос, повеселил меня. Всё так приторно-невинно, хотя ясно, что разбудили эльфийку наши с Бертом превращения. За ту неделю, что девушка была моей гостьей, я успела убедиться в её феноменальной чувствительности ко всему, что происходит вокруг. Но что поделать? Мы - демоны - существа беспокойные, и эта история лишнее тому подтверждение.
Мысли о творимых в Мердоу беспорядках вернули меня к рассказанной Бертом истории. И я сама не заметила, как "додумала" вслух:
- Надо бы дождаться Юджина. Разговор есть, долгий и... нехороший.
Последнее слово вырвалось само-собой. И оказалось крайне точным.

URL
2008-09-26 в 20:05 

A drawer & a honest art-thief.
Обернувшись на старинные часы, возвестившие поздний час, я выбрала простой стул поближе к окну. Несмотря на резкое пробуждение, я была спокойна, и восприняла слова Моры, как должное. Было ясно, что из всех нас она лучше всего осведомлена о демонах, хотя и, вероятно, не видела картины в целом (это ощущалось).
- Не волнуйся, - посоветовала я, глядя Море в глаза. - Я понимаю твои опасения, но, будь уверена. Во-первых, мы сами пошли с тобой, и ввязываться в заварушки будем тоже по своей воле. А во-вторых, мы за тебя, и с тобой, и вообще вместе. Справимся как-нибудь. Ни один из нас по отдельности, а уж взятые все вместе - мы не похожи на слюнтяев и трусов, стало быть - справимся.

2008-10-26 в 20:09 

Дон М.А.Гарибальди
Ночка выдалась туманной. Наверное, еще поэтому завсегдатаи кабачка старались расходиться группами, сегодня никто не покидал заведение по одиночке. Мне же, как одному из самых безнадежных дурней, законы были неписаны. За что, видимо, и поплатился.
Дама, сидевшая в одном из самых темных углов, сразу мне не понравилась... чего нельзя было сказать о других мужчинах. Парочка даже подкатывала к ней с недвусмысленными предложениями, но после того, как одного она выкинула в открытое окно, а другому что-то очень тихо и вежливо проговорила едва различимым шепотом (он ретировался не просто быстро, а мгновенно), желание знакомиться поближе угасло само собой. Хотя, лениво рассуждал я, исподтишка наблюдая за красоткой, если бы местному сброду пришло в голову навалиться всем скопом, черта с два она сидела бы сейчас тут вся из себя гордая и великолепная.
Странно. Обычно уважение к женщинам в моей душе присутствовало всегда, почему же именно эта вызывала такую неприязнь? Глухое раздражение заворочалось внутри и показало зубы, когда наши взгляды встретились, и внезапно дошло, что все это время меня изучали примерно таким же образом, что и я: по возможности, незаметно, примеряясь, будто оценивая... и явно что-то замышляя. Выдержав ее взгляд, я лениво встал со скамьи, подошел к стойке, расплатился и, угрюмо ссутулившись, вышел на темную улицу.
Далеко не ушел. Пресловутое чувство опасности, как на грех, подвело: я не то, что не слышал ни единого шороха, предшествующего нападению, но даже мысли не промелькнуло о такой возможности – слишком уж привык к тому, что со мной мало кто связывается. В самый последний миг, когда показалось, будто что-то выпало из кармана, я нагнулся, и лишь благодаря этой счастливой случайности затылок не попал под удар. Впрочем, меня тут же огрели по хребту и опрокинули на мостовую.
Отбиваться было тяжело, несмотря на то, что почти сразу удалось выхватить нож и поддеть кого-то из нападавших, но остальные, похоже, твердо решили довести начатое до конца, во всяком случае, бока мне успели намять основательно. Оборвалось все так же внезапно и как-то уж слишком быстро. Предупреждающий свист, звон металла, чей-то хрип, звук падения, топот ног – и все стихло. Лишь размеренные шаги невидимого благодетеля указывали на то, что он не торопится покинуть место происшествия; вообще, судя по новым шорохам и характерному звону, он занимался карманами убитого. Надо бы подать признаки жизни и поблагодарить за спасение моей шкуры... для начала. Перекатившись на спину, я скрипнул зубами и попытался встать. Почему-то не вышло. Ну, совсем здорово.
Новые шаги зазвучали ближе, и сырой туман вдруг колыхнулся, пропуская закутанную в плащ фигуру. Полы раздвинулись, рука в изящной кожаной перчатке воткнула лезвие шпаги между булыжниками, затем человек наклонился и откинул назад капюшон. От неожиданности я, кажется, выругался. Дама из кабака усмехнулась и тихим мелодичным голосом поинтересовалась:
- И это вся твоя благодарность? Вставай, надо поговорить, - добавила она, не дожидаясь ответа.
- О чем? Мы ведь даже незнакомы, – пропыхтел я, оставив безуспешные попытки восстановить дыхание – его почему-то спирало при малейшем движении, будто я не себя пытался оторвать от мостовой, а мешок с черт-те каким грузом.
- Да хотя бы о том, зачем я следила за тобой от самых дверей, - она продолжала улыбаться, - тебе разве неинтересно?
- И правда, зачем? Вряд ли для того, чтобы спасти мою никчемную жизнь. Но все равно спасибо, мэм, ваша помощь оказалась очень кстати.
Этот монолог меня почти убил, но я все-таки сумел упрятать нож обратно, хотя рука мелко тряслась и отказывалась слушаться.
- Чистое везенье, - она пожала плечами и огляделась вокруг, но больше поблизости никто не шарился. – Хотела подкинуть тебе работенку, на предмет охраны... но теперь даже не знаю.
Последние слова она сопроводила очередным тихим смешком, а вот я расхохотался во весь голос, забыв о том, что продолжаю валяться в позе лягушонка, по которому проехалась телега, и чувствовую себя примерно таким же образом.
- Разве вам нужна охрана?!
- Тебе это кажется странным?
Улыбка исчезла с ее лица. Убрав шпагу в ножны, она протянула мне руку:
- Хорош валяться. Вставай. Вставай!



"Вста-вай... Вста-вай... Вста-вай..."
Будто огромный колокол стучал в голове, и хотя я уже наполовину пришел в себя, собственно пробуждение вышло резким, словно меня выдернуло из черного омута снов... или воспоминаний?.. Подскочив на кровати, я не сразу сообразил, где нахожусь, и лишь сменившееся ощущение мягкой удобной постели вместо холодных камней окончательно привело меня в чувство.
В комнате, выделенной хозяином, царила кромешная тьма. Во всем доме не слышалось ни звука, лишь где-то в углу тихонько тикали часы.

2008-11-10 в 18:56 

Мора Дайне
Полудемон
В ответ на слова эльфийки я только и могла, что пожать плечами. А что тут говорить? Разделять уверенность Истаморн, что мы справимся со всеми проблемами было тяжело, но я первая бы вцепилась в глотку тому, кто попытался бы уверить нас в обратном. Уверенность, пусть и необоснованная, всё же лучше панической трусости.
Хотя испугаться-то и хотелось. Испугаться и забиться в дальний угол. Сейчас, по зрелому размышлению, я начинала понимать, во что мы хотим ввязаться. Боги, вставать на пути охотящихся демонов... И кто встаёт? Эльфийка-изгнанница, человек да малолетняя полукровка. Были, правда, ещё Ашель и Берт, но первый не мог покинуть стен поместья, а втягивать второго в свои беды мне не хотелось. По-хорошему говоря, я бы и Истаморн с Юджином сейчас отправила куда подальше, а сама занялась происходящим.
Но мы уже увязли во всём этом и с каждым часом ситуация затягивала всё сильней.
- Знаешь, - покосившись за окно - гроза, кажется, начала утихать - начала я, - надо бы разбудить Юджина и обсудить всё это. Какое-то у меня предчувствие... нехорошее.
Я взмахнула рукой, пытаясь жестом выразить то, что не помещалось в слова. Скудный язык не мог точно передать мои чувства, но эльфийка наверняка поняла и так. Кому, как не ей?
Поднимаясь по лестнице, я ощутила, что предчувствие не подвело меня. Что-то приближалось, и от этого чего-то веяло опасностью. Не нацеленной злобой, объектом которой должны были стать мы, но некой недоброй волей. А ещё от этой опасности веяло диким зверем. Я сама поразилась такой ассоциации, но времени на размышления не было: жизнь беглеца приручает доверять предчувствиям.
По лестнице, перепрыгивая через три ступеньки, вниз бежал Берт. Лицо инкуба было каменной маской, но глаза...
- Чуешь?
- Да, - я кивнула, на миг притормозив. - Что это?
- Не знаю, - хозяин мотнул головой. - Но что-то опасное, парой милей южнее. Скоро оно будет в городе.
- Так далеко? - удивилась я. Обычно моё чутьё не работало на таких расстояниях.
- Это не далеко, Мора! - Берт, ухватив за плечо, хорошенько встряхнул меня. - Оно будет здесь через пятнадцать минут. И нам лучше быть как можно дальше от Мердоу в этот момент.
- Бежим?
- Да. Потом вернёмся, а пока...
Инкуб развёл руками, но я уже мчалась наверх. Только бросила ему на бегу: "Объяснишь всё Исте!" Почему-то мне казалось, что эльфийке будет проще поверить в предчувствия двух рехнувшихся полудемонов, а вот с Юджином мне стоило говорить самой. Человек не глуп, но явно не привык ко всей этой чертовщине. Тут нужны чётки указания.
На моё счастье, он уже проснулась - мы едва не столкнулись в дверях комнаты. Молча указав в сторону выхода, я попыталась придать своему голосу максимальную строгость:
- Бежим. Быстро. И без вопросов.

URL
2008-11-24 в 22:27 

A drawer & a honest art-thief.
То, что происходило на верхних ступенях лестницы, не было для меня чем-то неизвестным. На самом деле, именно тогда я предпочла бы не знать, что творится и на лестнице, и в городе. Конечно, чутье у меня не такое узконаправленное, как у демонов - но уж комок эмоций я получила по полному списку. Поэтому, условно говоря, беспокойство Берта в известной мере предупредило меня о беде раньше, чем сам Берт. Своё "Бежим!" он крикнул мне почти в спину - я уже летела к двери. Бесы с ними, с вещами - деньги и ценные предметы я в тот вечер из карманов не выкладывала, а остальное... Чтож, шкура-то поценнее будет.
Торопливо надевая плащ, я прислушивалась к шуму дождя на улице и размышляла, удастся ли нам укрыться при помощи погоды, или демонам нет разницы, что нынче на дворе. Кроме того, примерно представляя уже, что именно происходит в городе, я пыталась прикинуть, что именно у нас есть, что мы могли бы противопоставить... хм, ну, очевидно, демону. Чистокровному. Я все еще слишком плохо знала, что они из себя представляют. Впрочем, у меня имелось несколько семейных фокусов про запас, не столько опасных, сколько сбивающих с толку... Могут понадобиться.
- За дверь! - Скомандовал Берт, высматривая спускающихся вниз Мору и Юджина. Дважды ему повторять не пришлось - я стремительно нырнула в дождь, восстанавливая в голове план улиц, по которым мы пришли сюда.

2008-12-10 в 18:07 

Дон М.А.Гарибальди
Какое-то время в доме по-прежнему было тихо. Затем где-то хлопнула дверь; донесшиеся голоса, женский и мужской, звучали тревожно. К этому моменту я как раз успел одеться, толком не понимая, зачем это делаю. Но что-то вот мешало повернуться на другой бок и спокойно дрыхнуть дальше... как оказалось, неспроста. Встретившись в дверях с Морой, я был немало удивлен. Во-первых, если выражаться деликатно, порванная рубашка на ней смотрелась весьма экзотично; во-вторых... с какой радости мы должны куда-то бежать среди ночи? Да еще без вопросов!
Вид хозяйки, наполовину взволнованный, наполовину грозный, заставил временно позабыть, что мы на "ты".
- Черта с два, мэм, - решительно выдохнул я, кидаясь в комнату за оружием; что-что, а его бросать никак нельзя.
Выскочив обратно, я все-таки ринулся вниз, следом за девушкой. Не потому, что вдруг загорелся желанием подчиняться, а потому, что получить ответ, находясь на другом этаже, было бы затруднительно. Прыгая через ступеньку, я запоздало соображал, что проснулся, видимо, не до конца: пару раз едва не полетел кубарем.
- Мора, эй! Да погодите же!
Отвечать мне, похоже, не собирались. Как минимум, до тех пор, пока не покинем пределы дома. А зачем, кстати, его покидать? Неужели землетрясение?!
Витиевато ругнувшись напоследок, я перескочил порог и едва не врезался в Истаморн и Берта, они выбежали чуть раньше. Но как только в лицо ударили тугие струи дождя, сразу же захотелось спрятаться обратно под крышу, в тепло и уют, где можно было забиться под теплое одеяло хоть до рассвета, хоть до полудня... какое все-таки изнеженное существо человек! Как быстро привыкает к хорошему!
Шум дождя нарастал, капли уже не стучали, а грохотали по крышам, и переорать эту канонаду было не так-то просто.
- Куда и зачем мы несемся?! Какого дьявола тут происходит?!

2009-02-22 в 04:05 

Мора Дайне
Полудемон
Это был первый раз в жизни, когда в ответ на чётко сформулированный вопрос я позволила себе грязно выругаться. Нет, Юджина можно было понять, но насколько милей мне в тот момент была Истаморн, чувствующая надвигающуюся беду едва ли не лучше нас с Бертом! В такой ситуации покорность эльфийки казалась куда уместней вопросов человека. И всё же, какое-то объяснение дать надо было. С моего гостя вполне бы сталось оставаться на месте, пока он не получит свою порцию слов.
Впрочем, это не означало, что я собиралась тратить время на конструктивный диалог. Ухватив Юджина за ворот, я попыталась хорошенько встряхнуть своего приятеля. Увы, для этого требовалось чуть больше сил, чем я обладала в данный момент, но жест был понят правильно. Меня согласились выслушать молча.
- В город что-то идёт. Я не знаю что, но сталкиваться с ним не хочу. Оно в состоянии сравнять здесь всё с землёй. Единственное, что мы можем сделать - оказаться от города как можно дальше, когда оно доберётся сюда. Нашей с Бертом магии хватит, чтобы прыгнуть за городскую стену, а дальше придётся бежать. Ясно? - Разжав кулаки, я отступила обратно под дождь. - У нас четверть часа.
Инкуб за мой спиной уже начал открывать портал. Нам предстояло сделать это на пустом месте, без инструментов, поэтому чары приходилось плести на большом количестве крови. Методично вскрывая вены на запястье, Берт покосился на меня:
- Где ваш путь в поместье?
- В полумиле от ворот, - присоединяясь к чарам старого друга, ответила я.
- Каких? - Передав мне кинжал, инкуб стал рисовать узор портала на двери своего дома.
- Южных торговых.
Рука Берта замерла, не дорисовав линии. До нас одновременно дошло, что опасность двигалась именно с юга. И если дороги ей оставалось пятнадцать минут, то мы имели неплохие шансы столкнуться у самого портала в Поместье, на открытие которого тоже понадобится время.
- Мы не успеем.
Я кивнула и перевела растерянный взгляд на эльфийку и человека, надеясь найти выход с их помощью. Торопиться уже было некуда. Чем бы ни оказалась эта угроза, её масштабы с лихвой накрывали весь Мердоу. Какая разница, в каком районе города мы будем, когда беда придёт сюда? Укрытия здесь не помогут

URL
2009-02-22 в 17:40 

A drawer & a honest art-thief.
Я почти не прислушивалась к разговорам между хозяйкой, Бретом, Юджином. По сути дела, я сейчас просто видела их переживания, что помогало не отставать от ситуации.
Короткая секунда — я подняла лицо к небу, ловя крупные капли дождя. Погода была хороша, в такую погоду наши патрули ходили на разведку.
Мне было здорово не по себе. Страшно, откровенно говоря. Однако делать что-то нужно было срочно.
Когда я опустила взгляд, Мора как раз глянула на меня. Юджин выглядел не менее ошарашенно, но его решительность была плотной, как сталь.
Берт зажимал порезанную руку ладонью, кровь смешивалась с водой, невидимая в темноте, но полная совершенно явной силы. Для меня заклинания на крови всегда были чем-то чуждым, но сила нам не помешает.
— Я могу укрыть нас, — я глядела на растерянную Мору. Мне очень хотелось её поддержать, помочь ей. — Только... Вот что: нужно широкое пространство, например, площадь. И — укрытие действует всего несколько секунд, нужно выбрать момент очень точно, как раз тогда, когда опасность будет наибольшей. Ещё мне понадобится помощь в смысле энергии, я никогда не укрывала больше двоих за раз.

2009-02-24 в 20:37 

Дон М.А.Гарибальди
Пытаться понять все, о чем говорили эти трое, было равносильно попыткам самостоятельно вскрыть себе череп, чтобы полюбоваться, из чего он сделан. Единственное, что отпечаталось в сознании, это то, что городу, скорее всего, придет конец. И предупредить мы никого не успевали, вот же беда! Но одного человека я никак не мог здесь оставить. Да простит меня Эллиот... Не в силах додумывать мысль, я крикнул:
- Раз нужна площадь, значит, выводите этот ваш портал на площадь! – и рванул в конюшню.
Берт что-то прокричал вслед (несомненно, ругательное) и взвыл, перекрывая шум бури:
- Куда?!
- Марта! – рявкнул я, как будто это что-то объясняло.
Пусть что угодно делают – без нее не уйду. А если судьба сгинуть на полдороге, значит, так тому и быть.
Конюшня встретила меня диким ржанием. Отыскав в темноте своего рыжего, я кое-как взнуздал его и попытался вывести в коридор. Против обыкновения, он не артачился, а напротив, пулей рванул на свободу, едва не размазав меня по всем стенкам и углам, попадавшимся на пути. Вылетев на улицу, он резко остановился, но по инерции проехался всеми четырьмя по луже, обдав на меня фонтаном грязи. Ну, спасибо, родной!

2009-02-24 в 21:49 

Мора Дайне
Полудемон
- А толку от этих укры… - начал было Берт, но договорить он не успел, на полуслове оборванный побегом Юджина.
Инкуб зло выругался вслед умчавшемуся на всех парах человеку, но удержать того даже не попытался. А что ему было делать, бросаться под копыта? Мой друг, конечно же, полудемон и потомок Высших, но взбесившемуся коню, равно как и всаднику, было на это глубоко плевать.
- Псих, черти бы его драли! – сквозь зубы прошипел Берт, потуже обвязывая платок вокруг раны. – Самоубийца!
Но мне было не до инкуба. Шок, вызванный идиотской выходкой человека, заставил меня встряхнуться и собраться. Понятно было, что оставлять кого-то из гостей поместья в Мердоу я не могла, пусть даже они этого и заслужили. Но и бросаться всем скопом вслед за одним двинувшимся только для того, чтобы дружно сгинуть в надвигающейся беде, мне тоже не хотелось.
- Берт, открывай портал!
- Что?
- Без вопросов. Слушайте меня, времени мало. Мы откроем выход портала как можно ближе к пути в поместье. Сделаем два входа. Один здесь, - я указал рукой на расчерченную кровавыми полосами дверь, - Второй – на ключе. Как только мы закончим, ты, Иста, хватаешь ключ, отыскиваешь этого чёртова психа и за шкирку тащишь его к нам. Справишься с активацией? Тут понадобится немного крови, а чары я подготовлю.
Вытянув из кармана цепочку с портальным аметистом, я передала камень инкубу, вернувшемуся к ритуалу. Моя помощь требовалась на самом последнем участке заклинания, так что я успевала сказать эльфийке ещё несколько слов:
- Мы постараемся рассчитать время так, чтобы оказаться позади этой угрозы. Но гарантировать вашей безопасности по ту сторону пути я не могу, закрытие телепорта потребует слишком много времени. Так что будь осторожна и готова ко всему.
- Мора! – Берт перекинул мне камень, в глубине которого теперь сверкали опасные алые искры. – Поторопись.
- Бери. - Я отдала ключ Истаморн и жестом указала на конюшню. – Возьмёшь того коня, что порезвее, эльфа они послушаются. И поторапливайся – без ключа мы не сможем держать путь открытым слишком долго. У тебя четверть часа на всё.
Подтолкнув Исту в сторону конюшни, я вернулась к колдующему инкубу. Я сочувствовала девушке, понимая, что от всего происходящего у неё наверняка голова идёт кругом, но в данной ситуации помочь ничем не могла. Если мы хотели вернуться в поместье живыми-здоровыми и все вместе, действовать надо было быстро…

По ту сторону портала царила спокойная дождливая ночь. И если бы не ощущение угрозы, потерявшее направление и исходившее со всех сторон разом, я бы приняла всю нашу панику за коллективное помешательство. Но нет, некая недобрая сила действительно была здесь.
- Ничего не понимаю, - Берт, смахнув с запястий кровь, огляделся по сторонам. – Что-то здесь не то.
Я полностью разделяла сомнения инкуба, но вслух ничего не сказала. Чары удались на славу, открывать путь в поместье можно было прямо отсюда. Но мы не знали, миновала ли опасность или неведомое зло может накрыть нас прямо посреди исполнения ритуала.
- Ты начинай, - мой друг сделал некий сложный пасс, и в его руках оказались два клинка, одним из которых была моя катана, забытая в доме, - а я пока посмотрю, что и как.
Отдав мне меч, инкуб буквально растворился в ночной темноте. Мне не нравилось, что мы окончательно раздробили нашу группку, но иного выхода действительно не было.
Впрочем, вскоре у меня возникли сомнения, был ли уход Берта действительно продиктован необходимостью. Во время построения портала что-то словно тянуло меня вслед за инкубом, но это было отнюдь не беспокойство за друга. Что-то иное, более сильное и… ощутимая? Такое ощущение, будто кто-то взял меня за шкирку и тащит к городу.
Я почти подчинилась этой силе, когда внезапная вспышка разодрала ночную темноту. Молния ударила где-то близко, и её света хватило, чтобы заметить серые фигуры, заполнившие поляну между телепортом и Мердоу. Среди них метались три стремительных тени, и я скорей почувствовала, чем увидела, что одной из них был Берт. Не думая, что творю, я бросила не доплетенные чары и помчалась в сторону сражающихся. Чем бы ни была эта неведомая сила, нападающие и являлись её источником.
А когда моя катана нашла первого противника, всё стало на свои места. Я знала, что это такое, хотя и не понимала, как эти твари могли здесь оказаться.
Кто-то привёл к стенам Мердоу целую стаю зверей из Преисподней.

URL
2009-02-26 в 21:29 

A drawer & a honest art-thief.
Как чудесно осознавать, что старые привычки остались при мне в дали от дома, спустя годы.
Как только я поняла, что у Моры имеется чёткий план, я тут же отбросила всякие сомнения и тревоги. Я внимательно выслушала её, хотя повторить её слова не смогла бы, потому что слов уже не было — нужно было ловить самую суть. На середине объяснений Моры я уже сосредоточилась, выискивая след Юджина. Кого полетел спасать человек, я не знала, но достаточно было и того, что ему это важно. Поступок безрассудный, но я его понимала.
Как только Мора передала мне ключ и договорила что-то про лошадей, я направилась к конюшне. Шум и страх, которые там царили, на миг вывели меня из сосредоточения, но я быстро собралась и, распахнув несколько ближайших дверей, направилась к тому стойлу, где находился самый спокойный конь. На поиски седла и прочего времени не было, пришлось припомнить уроки Наставника. Без седла держаться на спине скакуна было ужасно неудобно, но пойму я это уже потом, сейчас главное — догнать Юджина.
Поддерживая мягкий контакт с настроением коня, я направилась по "запаху" тревоги человека. Свернув на едва просматриваемую улицу, я доверилась чутью животного и направила его "по следу".
Держать направление и "разговаривать" с конём было довольно трудной задачей, я собрала все силы и сосредоточилась только на этих двух вещах — для того, чтобы понимать творящийся вокруг кошмар, внимания уже не оставалось.

2009-03-01 в 18:25 

Дон М.А.Гарибальди
Рыжий недовольно зажимал уши и тряс головой, но это не спасало.
Когда мы достигли нужного дома, оба промокли до костей. Ладно, хорошо хоть ни разу не попытался меня сбросить, без седла и при такой погоде это, несомненно, получилось бы на ура.
Буквально съехав на землю по мокрому скользкому боку, я кинулся на крыльцо и изо всех сил треснул кулаком по двери лавочки. Она почему-то оказалась не заперта, и от удара отлетела к стене, пропуская меня в темное и абсолютно пустое помещение. Еще не переступив порог, я уже знал, что никого не найду здесь, но... как и почему?! Все вещи были на своих местах, как в самой лавке, так и в жилой части дома; на столе в спальне догорала масляная лампа, вообще, создавалось впечатление, будто хозяйка только-только вышла и сейчас вернется. Но на крики так никто и не отозвался.
- Я сейчас сойду с ума, - сообщил я цапле, внимательно глядящей на меня с приколотого к стене карандашного рисунка; Марта говорила, что это моих рук дело... лет пять назад... увы, я этого не помнил, как не помнил и того, что умел, оказывается, рисовать...
Вылетев обратно на улицу, я вскочил на жеребца и почувствовал, как его трясет. Не от холода и сырости, все-таки не зима уже, а он привычен к жизни под открытым небом. От страха. Сколько прошло времени на пути от дома Берта сюда? Минут пять-шесть? Никак не больше – расстояние было небольшим, а неслись мы так, что в ушах свист стоял. И внутри я пробыл недолго.
Короткий всплеск отчаяния заглушил стук копыт со стороны ближайшего переулка. Рыжий всхрапнул и чуть осел на задние ноги, не переставая трястись. Всадник показался из-за поворота. Истаморн... значит, Мора и Берт тоже еще не ушли, и виноват в этом... поздно сокрушаться, что сделано – то сделано. Выехав навстречу девушке, я чуть придержал лошадь и мотнул головой, пытаясь откинуть с лица мокрые патлы.
- Здесь никого. Надо возвращаться.
Хотелось верить, что успеем до того, как произойдет что-нибудь ужасное.
Несмотря на темноту, мы прекрасно ориентировались на узких улочках. Я довольно хорошо знал город, а рыжий был слишком напуган, потому беспрекословно подчинялся и несся туда, куда его направляли. Стук копыт за спиной держался ровно, Истаморн не отставала.
До дома Берта оставалось совсем чуть-чуть, когда меня ухватило за шиворот противное ощущение, будто за нами не просто следят чьи-то невидимые глаза, а... черт подери, нас вели. И не просто вели, а загоняли. Откуда пришла такая уверенность, я не знал, но первая же проверка показала, что чутье не обмануло: стоило только попытаться свернуть с пути, как лошади рванули и понеслись еще быстрее. Самым странным, на мой взгляд, было то, что невидимое и оттого еще более страшное нечто гнало их как раз туда, куда мы так спешили. Лишь когда мы с размаху влетели в жуткую свалку, все встало на места. Ну конечно, гасить – так всех разом.
Короткая вспышка прорезала небо и на несколько мгновений озарила место потасовки. Совсем рядом промелькнула Мора со своей катаной; Берта я не увидел. Огромная тварь, непохожая ни на одного известного хищника, врезалась в нас плечом, извернулась и щелкнула клыками у самого горла жеребца. Тот вздыбился, и мне ничего не оставалось, как съехать по спине и крупу в грязь, в любом случае не усидел бы. Чудом приземлившись на ноги, я вскинул ружье и выстрелил. Другая тварь, неосмотрительно зашедшая нам в хвост, с визгом покатилась по земле. Знать бы еще, удалось ее пришлепнуть или только зацепить... учитывая, кого из себя представляют мои новые знакомые, на первое надежда была слабой...

2009-03-01 в 23:23 

Мора Дайне
Полудемон
Это был плохой бой. И дело даже не в неравных силах, «личности» нападающих или неожиданности атаки. Просто всё нынче было омерзительно «не так», и драка лишь одно из составляющих.
А когда среди нападающих я увидела Истаморн и Юджина, «не так» превратилось в «хуже не придумаешь».
Монстры оказались слишком сильны, чтобы не опасаться за эльфийку и человека. Один на один я бы не вышла против зверя преисподней, а тут их была добрая дюжина. Правда, и противостояли им не только мы втроём. Берт – достойный сын своего отца-охотника – удерживал одновременно троих. Кроме него, были ещё два незнакомых мне воина, оба – чистокровные демоны. Откуда они здесь взялись, я не знала, но их помощь была неоценима. Основная масса нападающих сосредоточилась на достойных противниках, у меня же была возможность нападать с тыла.
И присматривать за своими друзьями.
Как ни странно, но сам бой закончился быстро. Минут десять, быть может – чуть больше. Всё же три демона, двое из которых прямые уроженцы преисподней, не раз имевшие дело с этим зверьём - внушительная сила. Но победа далась нелегко. Берт, ругаясь сквозь зубы, зажимал разодранное плечо. Один из демонов заметно прихрамывал, второй избежал серьёзных повреждений, но с ног до головы был покрыт мелкими царапинами.
Мне тоже досталось. Чужие клыки и когти вволю погуляли по рукам и спине, спасла только прочная чешуя. Но оставаться в демонической форме я больше не могла, не хватало сил. А в человеческой мои раны выглядели совсем погано. Художественно разодранные лохмотья вместо рубашки и жилета тоже не добавляли красоты.
Пока инкуб и демоны изучали трупы нападающих, я доковыляла до своих друзей. Благодарно кивнула эльфийке, в этом бедламе умудрившейся сделать всё возможное, и сердито уставилась на человека.
- Ну и что это были за выкрутасы? – после минутного молчания спросила я. Время для выяснения отношений, возможно, было не самое оптимальное, но чувствовалось, что ещё ничего не закончилось…

URL
2009-03-01 в 23:37 

A drawer & a honest art-thief.
Это было не гадко, нет. Это было хуже, чем просто гадко. Никаких слов в человеческом и только одно в эльфийском, но запрещённое — вот то, что я увидела. Но и половина увиденного не отражала того, что ощущалось. Дух этих гадостных тварей был невыносим.
Наверное поэтому на мне почти не было царапин — больше всего на свете я хотела двух вещей: чтобы ни одна из омерзительных ... уродин ко мне не прикоснулась, и чтобы все они были мертвы. Немедленно.
Я не помню этой драки, слишком много того, что не вынести в обычном состоянии. Зато мои руки были по локоть в мерзкой слизи, половина ногтей поломана, а ножи, которые так кстати оказались при себе, буквально выскользнули из рук, когда всё закончилось. Поднимать их не хотелось, но я всё же воздала должное оружию, спасшему мне жизнь — подняла их и кое-как вытерла.
Меня трясло, крупно и неостановимо, но это было всё же лучше. Я старательно собрала расплывающуюся картину мира вокруг, и обернулась на друзей. Увидела тех, кто участвовал в драке вместе с нами. Ответила на кивок Моры, надеясь, что с ней всё будет в порядке: выглядела она неважно, но помочь ей я ничем не могла. Сейчас — точно. А позже, наверное, нужна будет перевязка.
Ответов не хотелось. Я просто села на траву, чуть отойдя от забрызганной кровью поляны.

2009-03-03 в 00:01 

Дон М.А.Гарибальди
Вряд ли кто-то из нас мог бы сказать, когда закончился этот кошмар. Но главное, что он закончился, наконец. И что мы все стояли здесь, подранные, покусанные, вывалянные в мокрой земле и до тошноты вонючей слизи, но живые. Про кровь думать не хотелось, ее под ногами было как грязи. Неожиданная помощь со стороны неизвестных демонов (я почему-то даже не удивился) пришла вовремя. Что-то подсказывало, без них мы вряд ли выстояли бы, все-таки многовато тварей заявилось по наши души.
Кое-как обтерев угвазданный в слизи нож о разодранные штаны, я тут же пожалел о том, что сделал, ведь разодраны они были вместе с ногой, и рану тут же начало драть так, что мало не показалось. Кто и что сотворил со спиной, лучше вообще было не знать; на этом фоне поверхностные царапины на руках в счет не шли. Кажется, я до сих пор мог стоять лишь благодаря старой привычке, уперев ружье прикладом в чавкающую грязь и наваливаясь на него уже почти всем своим весом.
Вопрос Моры не сразу дошел до моего сознания, а когда дошел, вновь стало не по себе.
- Простите, девочки. Я... я не должен был вас бросать.
Да уж. Спаситель хренов. И одним толком не помог – и другую не нашел. Не бросился бы за ней, очертя голову, всего этого вообще могло не быть. Ушли бы через портал и все.
Так уж и все?.. А что стало бы с городом?
Мысль вспыхнула ярко и пронзительно, как редкие молнии над нашими головами. Медленно, будто во сне, я оглянулся. Город за нашими спинами пока еще стоял. После всего произошедшего это было похоже на чудо...

2009-03-03 в 20:49 

Мора Дайне
Полудемон
Ругаться я передумала очень быстро. Посмотрела на израненного Юджина, на Истаморн, мысленно пребывающую где-то не здесь, и махнула рукой. Фигурально выражаясь, конечно же, ибо любое резкое движение тут же отдавалось жгучей болью в ранах.
- Ладно, дома разберёмся. Нам ещё вернуться надо.
Я говорила и сама не верила своим словам. Потому что ощущала: ещё ничего не закончилось, и домой мы в ближайшее время не попадём. Что бы ни было источником неведомой угрозы, буквально выдернувшей нас на это сражение, оно не ограничивалось одними лишь чудовищами. Ощущение опасности ослабло, но не исчезло.
Словно бы в подтверждение этих мыслей за моей спиной раздался незнакомый голос:
- Вам рано возвращаться. Впереди ещё один бой.
Я медленно обернулась. Владелец голоса показался мне смутно знакомым, и парой секунд позже я вспомнила его. Тот неведомый демон, которого мы встретили вчера днём в трактире, как раз перед тем, как начался этот дурдом. Но что он здесь делал? Ведь вместе с нами сражались совсем другие демоны!
- Что?
- Сейчас не до вопросов, леди. У нас слишком мало времени.
Слова этого демона точно не расходились с делом. Подобно Берту, он извлёк из расчерченного струями дождя воздуха массивный двуручный меч. Казалось, что это оружие не по руке незнакомцу, но и он сам стал меняться. Вскоре на месте высокого закутанного в плащ человека стоял Высший в боевой форме, готовый к сражению.
Боевую форму у демонов я видела всего несколько раз, отец обычно ограничивался природной. Да и правда, в этом мире мало что могло по настоящему угрожать родовитому выходцу из преисподней. И я была впечатлена не меньше, чем все остальные. Разве что Берт казался ещё более оглушённым: я была готова поспорить, что он знал этого демона. И совсем не ожидал встретить его здесь и сейчас.
Однако спросить я так ничего и не успела. Слева послышался громкий треск, перекрывающий даже шум ливня. А следом за звуком появился и его источник…
Видеть тварь отвратнее мне в этой жизни не приходилось. Ночь частично скрывала уродство монстра, но и увиденного хватало с лихвой. Огромное, метров восемь в высоту, чудовище больше всего напоминало ощерившуюся рогами и когтями гору пульсирующей плоти. Головы или лап видно не было, как и любых других конечностей. И от всего этого нестерпимо несло тухлятиной.
- Ч-что это? – с трудом подавив рвотный позыв, я вновь взглянула на Высшего.
- Наш враг, - лаконично ответил он и, оглядев своё «воинство», остановил взгляд на нас с Бертом. – Это только наша битва. Тех, в ком течёт кровь Высших. Остальные должны уйти.
Я сомневалась в разумности этого предложения. Пусть два демона, помогших нам со зверьми, и были ранены, но они всё ещё представляли грозную силу. По крайней мере, каждый из них был сильнее меня, это точно.
А вот своих друзей я с радостью бы утащила отсюда. Глупо было надеяться, что они послушаются простого слова, но тут мне было на что давить. Судя по словам человека, он чувствовал себя виноватым, и это было мне на руку.
- Юджин, - поднимая катану, я через плечо оглянулась на человека, - уведи Истаморн отсюда. Куда угодно, только чтобы она не видела этой драки. Сможешь? Я…
Рёв чудовища заглушил мои слова. Монстр был совсем близко, метрах в тридцати от нас. Я не представляла, как буду сражаться в таком состоянии, но почему-то доверяла этому странному Высшему. Если он говорит, что это наша битва, я буду драться. А там будь что будет.

URL
2009-03-05 в 22:29 

A drawer & a honest art-thief.
"Остальные должны уйти"! В первую секунду это возмутило меня. Как можно оставить друга против такой..? даже слово "мерзость" казалось бледным, когда я глядела на эту тварь. Я успела вдохнуть воздуха для возражений.
Однако потом пришло понимание. Чем я смогу помочь, если останусь?.. Всё верно.
Поэтому я сделала только то, что могла. Молча подошла к Море и коснулась её руки. Нас учили врачеванию в полевых условиях, стычки с горными троллями и прочие напасти частенько требовали таких навыков. Правда, ни особой песни, ни большого запаса сил у меня не было — как и времени. Поэтому я просто передала Море всё, что у меня имелось, усилив этот поток воспоминаниями. В памяти хранилось кое-что специально для такого случая.
Ясное утро. Когда лес, сырой с ночи, медленно вздыхает лёгким ветром. Когда первые лучи солнца, выглядывающие из-за облаков, касаются верхушек кроны. Редкие голоса птиц. Необычайная свежесть воздуха, настолько прозрачного, что кажется, будто он издаёт какие-то звуки. А на самом деле, напоенный росой ветер приносит голос ручья — утром звуки яснее и чище.
Всего не описать, и теперь моя память очищалась, чтобы при случае заполниться вновь, а то, что хранилось в ней, навсегда переходило Море.
Потом я, полностью опустошённая, позволила Юджину взять меня за локоть и увести. Я почти ничего не видела и мало что ощущала вокруг себя.

2009-03-05 в 22:49 

Дон М.А.Гарибальди
Даже горячее возмущение тем фактом, что нам не дают продолжить драку, отсылают, словно каких-нибудь маленьких детей, очень скоро поблекло перед инстинктом самосохранения. Сказать, что я был испуган – это слишком мягко выразиться. Если бы не дождь, волосы наверняка поднялись бы дыбом. Перед нами топтался, шевелился и нестерпимо вонял самый жуткий из всех возможных ночных кошмаров... как-то не вовремя и не к месту ему приспичило ожить... Демоны, конечно, выглядели не намного краше в своей полной боевой готовности, но если бы меня подбили на спор расцеловать каждого из них, я бы ни секунды не колебался. В сравнении с ЭТИМ они были сущими ангелами!
Не в силах отвести глаз от столь колоритного зрелища, я доковылял до Истаморн и подхватил под руку. Девушки о чем-то разговаривали... или нет? За шумом дождя было не понять. Как ни крути, Мора права. И если поначалу я действительно сглупил, то сейчас нам действительно не оставалось ничего другого, кроме как уйти. Не путаться под ногами у тех, кто мог раздавить нас одним небрежным движением, словно муравьев.
Параллельно я лихорадочно соображал, как именно и куда отступать, чем это поможет и поможет ли. Ускользнуть через портал нельзя. Без хозяйки в поместье нас вряд ли ожидает радушный прием, кроме того, подобный шаг может открыть туда дорогу всей собравшейся здесь нечисти, а за это Мора нам точно спасибо не скажет. Может, конечно, эти подозрения ошибочны, но поскольку я не знаю наверняка, экспериментировать не стоит.
Лошадей поблизости не наблюдалось – то ли удрали прочь от ночного безумия, то ли их сожрали в общей неразберихе. Таким образом, максимум, что удастся – дотопать до дома Берта. Дальше я просто не смогу. Истаморн, вроде бы, не получила опасных ран и вполне может пробежать через полгорода и дальше, но зато ее подкосило в другом смысле. Невероятная чувствительность эльфийки, то, как она воспринимает окружающий мир и все, что в нем происходит, на этот раз сыграли с ней злую шутку. Все-таки временами быть простым "толстокожим" человеком гораздо легче.
Добравшись до знакомых ворот, я прислонился к ним, легонько встряхнул девушку и сказал:
- Можешь – иди дальше. В тот дом, где мы уже были. Сумеешь его найти? Там лавка с амулетами и прочим в том же духе. Я в этом ни черта не понимаю, но ты-то разберешься. Может, найдешь что-нибудь полезное... для себя или для них... Если там по-прежнему никого нет – это неважно, с добрыми намерениями можно взять любую вещь, что угодно.
Кажется, этот монолог отобрал у меня остатки сил. Захотелось закрыть глаза, упасть и больше уже никогда не подниматься... какое знакомое состояние и какое же омерзительное!

2009-03-06 в 18:32 

Мора Дайне
Полудемон
Я так и не поняла, что со мной сделала Истаморн. Это было не исцеление, ибо усталость и боль в ранах никуда не делись, но теперь их можно было игнорировать. Словно бы мне выдали второе тело, не отбирая при этом истрепанного первого. И это было как нельзя вовремя.
Высший не стал дожидаться, пока монстр сам подползёт к нам. Этот неведомый демон напал первым, а следом присоединились и мы с Бертом. И это было ещё более странно… Я понимала, кто я и что делаю, могла контролировать своё тело и в то же время была подвластна иной силе, источником которой был Высший. Это ничем не напоминало ту угрозу, что привела нас всех за город, но избавиться от ассоциаций было сложно.
И всё же мне скорее нравилось это состояние. Подчиняться демону было… правильно. Я чувствовала, что занималась тем, для чего меня создавала природа, что исполняю свой долг. Всё в этот момент было так, как нужно. За спиной – город и друзья, впереди – естественный враг, а в руках – верный меч. Наличие соратников тоже ободряло, но я понимала, что сражалась бы и одна, только потому, что это моё.
Победа далась нам на удивление легко. Высший, используя свои магические навыки и наши с Бертом клинки, буквально разодрал монстра на части. Ещё бы! При всей огромности зверя, он был чудовищно неповоротлив, а разжившийся двумя дополнительными телами демон, способный управлять временем, выигрывал не только в скорости. Всё, что нам было нужно, это четверть часа и мобилизация оставшихся после предыдущего боя сил.
И всё же я не заметила, когда Высший покинул поле боя. Но факт оставался фактом – тварь подыхала в обществе инкуба и меня, больше рядом никого не было. Да и ощущение чужой силы, управляющей моим телом, тоже исчезло. Окончательно перестав хоть что-то понимать, я недоумённо уставилась на Берта. Старый друг, сменивший боевую форму на родную демоническую, выглядел не менее растеряно. Было ясно, что задавать сейчас вопросы просто бессмысленно.
Спрятав катану в ножны и навалившись на неё всем весом, я огляделась по сторонам. Поляна была буквально покрыта трупами хищников и ошмётками тела последнего чудовища. Просто бойня… Не в силах глядеть на этот ужас, я отвернулась и со стоном плюхнулась на землю. Об и без того изодранной в клочья одежде думать не хотелось.
Мы просидели так минут десять, прежде чем что-то заставило Берта встрепенуться и заозираться по сторонам. Я не чувствовала ничего, кроме кошмарной вони, поэтому беспокойно уставилась на инкуба.
- Твои друзья возвращаются, - хрипло произнёс он, не отрывая взгляда от ворот города. – И не одни. С ними те демоны… и ещё люди. Много людей. Кажется, вооружённых.
- Это опасно? - Я попыталась встать, но тут же упала обратно – сил после двух битв не осталось вовсе.
- Не знаю. Даже если и так, сражаться мы не можем. Сиди. Они скоро будут.
Берт оказался прав. Очень скоро на поле боя вышла целая толпа, среди которой я заметила знакомые фигуры эльфийки и человека. Вот только не было похоже, что они рады такому эскорту. Так что, когда нас с инкубом окружила добрая дюжина вооружённых стражников, я уже ничему не удивлялась.
- Вы арестованы за нарушение Закона о Контроле, - где-то над головой произнёс смутно знакомый голос. – Прошу следовать за нами.

URL
2009-03-11 в 18:12 

A drawer & a honest art-thief.
То, что случилось в Мердоу, я запомнила очень плохо. Вообще, что там происходило? Было много гнева... нет, злобы, только злоба основывается на страхе. Люди и слабые нелюди города боялись. Конечно, те, кому положено, знали о зверях за воротами. Но выйти и избыть страх они решились только тогда, когда самое последнее и самое ужасное чудовище было убито.
Я запомнила только тёмные тягучие волны, изливавшиеся отовсюду. Я словно попала в ленивое море, да только "вода" мне совсем не нравилась. Животная ярость запредельного чудовища, тупая, тошнотворно пульсирующая... Страх горожан. Он был похож на страх крыс, которых тоже было полным полно в городе. Но животные просто постарались спрятаться, а люди... Они мечтали отомстить за свой страх, им как будто стыдно было его испытывать. Это было похоже на истерику — они знали, что не осилят зверей преисподней, они боялись этих существ, и чувство брезгливости росло в них. Люди... Как вас понять?
Когда Юджин — ярко-рыжее пятно сосредоточенности — привёл меня к дому Берта (то, что это дом, чей он — всё это я не осмысливала, просто ощущала), уже было понятно, что раздражённость города готова излиться. Звери были убиты, потом и пульсирующая гниль чудовища угасла в горячечной агонии.
Стража приближалась. Именно сейчас я бы предпочла вообще ничего не чувствовать, тогда можно было бы сказать, что эти люди просто делают свою работу, выполняют приказ. Но биение испуга подстёгивало их, этот приказ был им по душе. Они не могли бы остановить зверей, но они отыграются на нас. Возможно, это была зависть. Потому что, те, кому положено знать, знали: я и Юджин вышли простив зверей, а значит, против своего страха, и победили.
Кажется, Юджин сопротивлялся, по крайней мере, вспышки белого в рыжем я ощущала. У меня же сил не осталось совсем, тяжкая пелена страха и злобы навалилась старым скомковавшимся одеялом, мешая дышать.
По-моему, когда стражник схватил мой локоть, меня всё-таки стошнило... Или это только показалось?..

2009-03-11 в 23:35 

Дон М.А.Гарибальди
***
Откуда-то внезапно набежали люди. Я не видел, но каким-то образом почувствовал сгустившееся вокруг нас напряжение и заставил себя открыть глаза. Настроение толпы было... если мы ожидали от них помощи, то жестоко ошиблись. Нет, это просто невозможно!
- Ах вы, сволочи!
Не соображая, что делаю, я замахнулся на ближайшего стражника и тут же получил под дых алебардой. Грохнувшись на колени, я чуть-чуть смягчил удар руками, но это мало помогло, ведь спину, ногу и все прочие царапины рвануло так, что стало тошно. Кажется, на всякий случай добавили еще пару раз, но этого я уже не ощутил.

***
Несмотря на ночь, слухи расползались быстро. К тому моменту, как арестованных доставили в тюрьму, в городе, похоже, не спал вообще никто.
Когда носилки с человеком скрылись за воротами, из толпы выскользнула невысокая фигура, закутанная в тонкий темный плащ, и метнулась к страже.
- Руфус, прошу, позволь мне пройти.
- Марта? – начальник караула вздрогнул, когда она ухватила его за рукав, но вырываться не спешил. – Ты же знаешь, что нельзя.
- Если надо, арестуй меня со всеми, – женщина была взволнована не на шутку и даже не пыталась этого скрывать. – Делай, что хочешь, только пропусти туда.
- Забудь, - решительно заявил стражник. – Твой дружок сам напросился, в конце концов.
- Ах, дружок... гляжу, ты все никак не успокоишься. Дело твое, только сейчас он, прежде всего, раненый, которому нужна помощь, - в голосе зазвенела сталь. – И если к утру он умрет от потери крови, тебе лучше даже не представлять, что я с тобой сделаю.
Наклонившись к ней, стражник произнес едва слышно:
- Ты не в том положении, чтобы кому-либо угрожать. Все вы...
- Умолкни, пока не дошло до беды, - так же тихо ответила женщина. – Так пустишь? Или мне бросить пару лишних слов на ветер?
Последние слова заставили человека побледнеть и отступить в сторону.
- Черт с тобой, иди. Только чтоб недолго. Если меня вышвырнут с должности – беда невелика, - добавил он, будто извиняясь, - но сейчас дела такие, что и посадить могут, а вот этого мне совсем не надо.
Она не слушала.

***
...В следующий раз я пришел в себя аккурат тогда, когда нас водворяли в кутузку. Пока распихали не в подземные каменные мешки, а в камеры на первом этаже, с решеткой вместо одной стены, окнами-бойницами и относительно свежим воздухом.
- Этого отдельно, вот сюда, - донеслось, будто сквозь сон, - все-таки он человек.
Голос был знакомый, но узнать его окончательно не получилось: как только меня сбросили на лежанку, я взвыл так, что едва не оглох – как хотите, но разодранная спина, да еще забрызганная всякой дрянью, это больно!
- Переверните его. Пожалуйста.
А вот этот голос я узнал бы даже в самом страшном бреду.
- Марта?!
- Ну кому еще тебя латать.
Я услышал, как она тихонько вздохнула.
- Где ты была?
- У соседей внучка прихворнула, а ни одного местного эскулапа ночью на улицу не вытащить. Ох, Юджин...
Шорох юбок возвестил о том, что Марта опустилась на колени рядом, и в следующий миг я ощутил ласковое прикосновение кончиков пальцев к шее.
- Выглядит отвратительно, - даже сквозь боль, даже в едва слышном шепоте угадывалась дрожь, - но клянусь, больно не будет. Прости.
В шее что-то хрустнуло. Короткий приступ удушья... тьма...

***
Покончив с промыванием и обработкой ран терпко пахнущей травами мазью, Марта поднялась на ноги и устало привалилась к стене. Стражник, все это время молча державший фонарь, да подававший то, что она просила, был бледен, как полотно. Ему частенько доводилось видеть последствия самых разных переделок, в прошлом году, например, точно так же помогал спасать заезжего охотника, которого порвал медведь, но подобной жути припомнить не мог. В какой-то момент Руфуса едва не стошнило – смесь крови и слизи неведомых тварей воняла, как сама преисподняя.
- Отмыть бы его, - буркнул он, просто чтобы заполнить гнетущую тишину.
Марта согласно кивнула.
- Но сейчас пока нельзя, - сказала она. – Раны чистые, но ты уж присмотри за ним до утра, ладно?
- Присмотрю, чего там.
- Завтра принесу новую одежду, а это, - женщина протянула ему мокрые ошметки брюк, рубашки и использованных бинтов, - сожги немедленно.
Руфус не спорил, но от ехидной подковырки на тему привычки Марты раздирать штаны на отдельно взятом мужике не удержался. Она, однако, не обиделась, только бросила:
- Мог бы и поблагодарить, теперь у тебя есть железная гарантия, что он не попытается сбежать.
Марта прикрыла Юджина своим плащом, вышла из камеры и задержалась напротив той, куда посадили остальных. Просунув свою корзинку в проем, через который подавали еду, она тихо произнесла, ни к кому конкретно не обращаясь:
- Возьмите. Надеюсь, хотя бы что-нибудь здесь окажется полезным. Завтра принесу нормальную еду, если разрешат.
От возмущения Руфус потерял дар речи. Опомнившись, он подскочил к камере, но наткнулся на внезапно похолодевший, не предвещавший ничего доброго взгляд.
- Ты имеешь что-то против?
Марта резко отбросила назад тяжелую волну спутанных темно-русых волос и нахмурилась, поправляя висящий на шее камень. Несмотря на тонкость работы, цепочка из серого металла абсолютно не сочеталась с простой, сдержанной красотой носившей ее женщины, как тяжелая, будто прилепленная от другого украшения, оправа камня не подходила к цепочке. Камень мягко мерцал золотистым светом, почти теряясь в густо-желтых бликах фонаря. Сглотнув, стражник отступил в сторону.
- Так-то лучше. Маленький ты еще и глупый, только потому и прощаю.
Легкие, почти невесомые шаги, стихли за поворотом коридора...

2009-03-12 в 10:34 

Мора Дайне
Полудемон
Это было не плохо, нет. Это было невыносимо гнусно и омерзительно, словно мне довелось целый день барахтаться в выгребной яме. «Ямой» в данном случае был город, а её пахучим содержимом – страх окружавших нас людей. Проявления этого страха отличались безумным разнообразием, но в воспоминаниях остались лишь какие-то отдельные вспышки. Битва, на моё счастье, оказалась слишком выматывающей.
Я помнила, как впервые увидела почти потерявшую связь с этим миром Истаморн. Как не то увидела, не то почувствовала боль Юджина. Как шарахались от конвоя разбуженные шумом горожане. Как сами стражники вскидывали оружие всякий раз, стоило кому-то из демонов сделать хоть одно лишнее движение.
А вот тюрьму я не запомнила. Ни как нас привели, ни как распихивали по камерам: незнакомых демонов в отдельные, нас с Бертом и Истаморн в одну. Это всё оставалось где-то за границами сознания, потому что держалась я даже не из последних сил – исключительно на стиснутых зубах и врождённом упорстве.
Осознавать всё происходящее я начала не скоро. А когда начала – дико пожалела об этом. Дело было даже не в физической боли (остатки подаренных эльфийкой и Высшим сил всё ещё помогали удерживать более выносливую демоническую форму), а в том, что я осознавала всю безнадёжность нашего положения. Даже от Берта сейчас не было никакого толка, что уж говорить о нашей троице, годной лишь в лазарет?
Постепенно разум возвращался ко мне, а вместе с ним появилось и понимание, что долго я не протяну. Надо было заняться своими ранами, хотя бы прочистить их. Тут не требовалось никаких лекарств, демоническая кровь справлялась сама по себе, но процесс был весьма… интенсивный. И не очень приятный внешне.
Поднявшись с холодного пола, я медленно оглядела себя: одежда изодранна в клочья, а те лоскуты, что сохранили хоть какую-то целостность, насквозь пропитались ядом монстров. В прорехах виднелись длинные царапины, пара ран вызывала серьёзное опасение. Ничего оптимистичного этот осмотр не показал, так что я не стала затягивать процесс.
Пока я отдирала от тела успевшие присохнуть тряпки, Берт подошёл к решётке. Он довольно громко требовал чего-то, но чего – я не разобрала, язык был мне не знаком. На шум сбежалась стража, к которой инкуб обратился уже на понятном мне наречии:
- Уведите отсюда эльфийку!
- Какого?..
- Уведите её! Или к утру тут останется пускающий слюни идиот!
Я внутренне кивнула. Всё правильно: оставлять Истаморн наедине с двумя раненными демонами было действительно опасно для психики девушки. Она слишком остро всё чувствовала, а то, чем нам с инкубом предстояло заняться, могло добить её. Слишком много боли и иных неприятных ощущений.
Как это ни странно, но Берта послушали. Вроде бы нам действительно не собирались причинять дополнительного вреда, по крайней мере не-демонам. Эльфийку вытащили из камеры, но далеко не увели. Кажется, тюрьма Мердоу не была рассчитана на такое количество заключённых. По крайней мере, вскоре я почувствовала, что Истаморн оказалась где-то рядом с Юджином.
- Так-то лучше, - с какой-то странной иронией произнёс Берт, сползая вдоль решётки на пол. – Тебе помочь?
Я медленно качнула головой. К этому времени мне удалось избавиться от остатков рубашки и штанин ниже колен. О приличиях в тот момент я думала в последнюю очередь: стыд, если и появится, то пройдёт, а вот с ядом шутки плохи. Инкуб последовал моему примеру, и скоро в углу камеры выросла кучка воняющих лоскутов. У Берта ещё хватило сил спалить эту гадость, а вот от меня толку уже не было: добравшись до узкой лежанки, я буквально рухнула на неё. Теперь оставалось убедиться, что с моим другом будет всё в порядке – и можно скидывать форму.
Впрочем, кто-кто, а Берт мог о себе позаботиться. Вскоре рядом с койкой появился ещё один холмик – инкуб уселся прямо на каменный пол и обернул себя крыльями. Так ему проще было справляться с ядом в своём организме. Единственным, что выглядывало из этого кокона, была когтистая лапа Охотника. Найдя мою ладонь, Берт мягко пожал её, и я почувствовала, что инкуб улыбается.
Что ж, хоть какой-то светлый момент во всём этом кошмаре. Потому что впереди нас ждало дьявольски долгое и тяжёлое утро, к концу которого мы либо приведём свои тела в порядок, либо издохнем окончательно.
С этой мыслью я зло улыбнулась и позволила чешуе стечь с себя, как стекает вода.
Ох…

URL
2009-03-12 в 21:28 

A drawer & a honest art-thief.
Морок. Густой морок. Сизый, как внутренности выпотрошенного оленя. Где-то там, в глубине, чужая и своя боль, выкрики, звон металла, вкус крови...
Но последних остатков рассудка (потом я непременно вспомню всё это, и удивлюсь, что у меня ещё что-то осталось) хватило, чтобы вспомнить, как следует поступать в таких обстоятельствах.
Кое-как я переключилась на зрение, усилием заткнув свои "эмоциональные уши". Выяснилось, что я лежу на холодном каменном полу, а страж как раз закрывает дверь в решетке. Камера была одиночная, я отметила это с некоторым удовлетворением. То, что мне предстояло совершить, требовало уединения. Не обращая внимания на холод пола, я уселась на колени, сложила руки определенным образом и запела. У меня с этим было не очень хорошо, но всё, что требовалось — это поддерживать ритм. А поскольку я закрыла глаза, реакция стражи или кого угодно еще перестала меня касаться. Да и тот факт, что магия была здесь недоступна, меня не смущал. Сила, накопленная в моей крови поколениями и поколениями эльфийских мастеров-аристократов, к магии никакого отношения не имела. Единственным, о чем я жалела в данный момент, было то, что после изгнания из рода я едва ли смогу передать эту силу потомству... Если оно вообще будет, это потомство. Но я отмахнулась от мыслей и сосредоточилась.
Звуки отступили, ритм владел всем моим вниманием. Вскоре мне уже не требовалось усилий воли, чтобы продолжать петь. Голос стал чище и тише, вместе со мной пели все мои предки. А затем волны древнего мотива унесли меня прочь, под своды храма, выстроенного тысячами душ. Под этими сводами есть и мое место.

Странные звуки, не характерные для тюрьмы, особенно в такое время, привлекли внимание охраны. Стражник, только что заперевший дверь камеры, где осталась лежать почти бесчувственная эльфийка, обернулся, не веря своим глазам. Бледная, в порванной одежде, изможденная девушка в аккуратной позе сидела на полу и, мерно покачиваясь, пела. В смятении стражник бросился было отпирать камеру, решив, что эльфийка действительно сошла с ума, однако, замок заклинило. Этого не могло быть, ведь здесь стоял сильнейший блок, не пропускавший магию.
За спиной стражника остановилось еще несколько охранников, но они ничего не предпринимали, только смотрели. Девушка продолжала петь. Она и выглядела теперь иначе. Бледная кожа, казалось, источала легкое свечение, лицо разладилось, плечи развернулись, идеально прямая спина предавала эльфийке какую-то странную стать, горделивую и спокойную.
У разбитого в кровь колена эльфийки, меж каменных плит пола что-то шевельнулось. Через несколько секунд оттуда появился первый зеленый росток.

2009-03-13 в 23:16 

Дон М.А.Гарибальди
***
...Дородный детина с хмурым выражением лица непонимающе смотрел на невысокую женщину с огромной корзиной в руках.
- Я же говорю, не положено, - гудел он.
Настырность дамочки начинала раздражать. Носит, понимаешь, нелегкая всяких ведьм ни свет, ни заря.
Женщина и впрямь выглядела не самой добропорядочной из жительниц города. Длинные темно-русые волосы, похоже, забыли поздороваться с расческой этим утром, их наскоро закрутили в жгут и скололи в пучок длинной костяной иглой; пучок, как водится, перекосился и грозил вот-вот развалиться; отдельные пряди выбивались из него, причудливо обрамляя лицо и то и дело пытаясь залезть в глаза, серые, неопределенного оттенка – не поймешь, то ли в синеву, то ли в зелень... и смотрели эти глаза не сказать, чтоб очень уж ласково. Всклокоченная и злющая, ну чисто ведьма. Потеряв терпение, она поставила корзину на мокрую землю, подбоченилась, словно торговка на базаре, подошла вплотную к детине, так, что ей пришлось даже запрокинуть голову, и воинственно спросила:
- Это кем это не положено? Ишь, в городе без году неделя, а туда же. Руфус!!! – рявкнула она на весь двор.
Стая ворон с недовольным карканьем поднялась в воздух.
Из окна показалась заспанная физиономия. Разглядев, кто пришел, начальник караула изменился в лице и тут же исчез, а меньше минуты спустя, был уже во дворе.
- Пропустить немедленно, - процедил он сквозь зубы, затем жестом велел новичку наклониться со своего богатырского роста и что-то прошептал ему в ухо. Тот побледнел и вытянулся, пристукнув алебардой о землю.
- То-то же, - Руфус зевнул и поспешил следом за Мартой, которая без лишних церемоний уже втаскивала корзину в помещение.
- Ты сама хоть бы прилегла, - укорил он, - чего в такую рань бросилась?
- Меньше глаз – меньше сплетен.
Здесь она была, пожалуй, права. Как раз сейчас, к рассвету, перебаламученный город, наконец, погрузился в тревожную дрему. Самое время доделать то, что многим могло очень не понравиться.
Проверяя содержимое корзины, стражник попутно докладывал, как прошла ночь. Юджин не подавал признаков жизни с того самого момента, как они с Мартой покинули камеру. Подойдя ближе, можно было услышать тихое посапывание, как обычно во сне, но он даже не храпел! С остальными дела обстояли сложнее. Из камер то и дело доносились странные звуки, вроде, не особо громкие, но вселявшие некоторый страх. Чтобы страх не стал сильнее и не перерос в ужас, разумнее было находиться на посту и без необходимости не шляться по коридорам. Чем, собственно, и занимались подчиненные. Отдельное представление устроила эльфийка, на голых камнях, да еще в таком месте, где любая магия бессильна (теперь так и тянуло добавить "в теории"), взрастившая какую-то траву, и, судя по всему, останавливаться на достигнутом дева не собиралась. Последний эпизод вызвал у Марты грустную улыбку.
- Она же эльф, Руфус, дитя свободы. Ей физически тяжело находиться в подобном месте. Говоря по совести, ее вообще не следовало арестовывать. Посадили бы в любой дом под замок и все.
- Ну конечно! – сразу ощетинился он. – А поутру – ищи свищи!
- Да никуда она не делась бы. Не тогда, когда кто-то из своих остался в западне. Отпустили бы девчонку...
- Не мне это решать, сама знаешь.
- Знаю, к сожалению.
Поудобнее закрутив волосы, Марта отложила на край стола один из соблазнительно пахнущих свертков и сказала:
- Это тебе и твоим ребятам. За беспокойство.
Руфус хотел бы возмутиться, да не мог. В тюрьме даже служак кормили не очень-то, а тут домашнее угощение свалилось, да еще с пылу, с жару! Кто б стал привередничать?! Вот только понимание, что травница это делает не совсем уж по доброте душевной, мешало принимать от нее такие подарки с легким сердцем. Скрывая некоторую досаду, он глубже закопался в корзину в поисках оружия, амулетов... хоть чего-нибудь... но под руки по-прежнему попадались только одежда, теплые глиняные горшочки, обернутые полотенцами, фляги с горячим питьем, да новая порция чистых бинтов и тряпок. Лекарственные снадобья многозначительно пованивали из холщовой сумки, подвешенной к поясу гостьи.
- Ты что, половину дома сюда решила перетащить? Для одного-то арестанта... обо мне бы кто так заботился!
- А с чего ты решил, что это все для одного? – искренне изумилась Марта. – И потом, ты всегда можешь сказать, что я тебя заморочила.
- А ты и вправду можешь?
Выждав, когда глазам собеседника надоест пучиться и они вернутся в исходное положение, женщина загадочно хмыкнула:
- Не знаю, никогда раньше не пробовала. Ты замки-то откроешь или как?
Недовольно крякнув, Руфус снял с пояса ключи и потащился в коридор, не удержавшись, чтобы лишний раз не подколоть:
- Слушай, с учетом того, как ты нас обыкновенно угощаешь, мне давно не дает покоя мысль сажать твоего буяна почаще. Раз в недельку хотя бы.
Марта сделала вид, что глубоко задумалась.
- Надо бы при случае не доварить. Или пересолить. Или подмешать чего-нибудь особенное... например, касторовое масло вместо обычного.
У Руфуса запылали уши, но он счел за лучшее промолчать. С этой точно станется и подмешать, и подлить!

***
Маленькая корзинка, которую она оставила демонам накануне, стояла на том же месте. То ли побрезговали, то ли впрямь не годятся для них человеческие ухищрения. Тем не менее, забирать лекарства Марта не стала, наоборот, улучив момент, когда сопровождающий отошел на несколько шагов, прислушиваясь к тому, что происходит в соседних камерах, торопливо достала из сумки еще пару склянок и запихнула туда же.
Страха перед узниками она не испытывала, но и подходить без приглашения не торопилась. В конце концов, и так начудила. Стоило вспомнить, как сразу начинали гореть щеки и появлялось желание быстренько исчезнуть, хотя обычно ее не так-то легко было смутить. Да еще непонятно толком, спят эти двое или нет...
- Доброе утро, - большую корзину начали потрошить по новой. – Я принесла, что обещала. И еще одежду. Правда, для этого пришлось без спроса залезть в ваш дом. В жизни так не делала. Хозяин... вы уж простите...

2009-03-14 в 16:31 

Мора Дайне
Полудемон
Ночь, как я и предсказывала, выдалась не из лёгких. Поганая выдалась ночь, честно говоря: так плохо мне ещё никогда не было.
Но тем приятнее было осознавать, что всё самое опасное (и болезненное…) позади. За пару часов до рассвета я пришла в себя, и хотя боль не исчезла окончательно, теперь в ней не было присущего яду огня. Естественный дискомфорт от многочисленных царапин, двух рваных ран и невероятного количества ушибов, но ничего действительно опасного. Я мало знала о тварях преисподней, но отец во время нашего путешествия научил меня некоторым полезным вещам, в том числе и тому, как поступать в подобных ситуациях. Вначале любой ценой избавиться от смертельного для демона (что самое смешное – только для него, для иных народов к летальному исходу мог привести только болевой шок) яда, а потом уже заниматься исцелением.
А впрочем, не знай я этих тонкостей, нашлось бы кому мне всё это рассказать. Берт давно уже пришёл в себя и теперь, обхватив себя крыльями, бесшумно скользил по камере в попытках согреться. Заметив, что я наблюдаю за ним, инкуб остановился.
- Живая?
- К-кажется, - с трудом приняв сидячее положение, я подтянула колени к груди и обхватила их руками. В тюрьме действительно было очень холодно.
- Да не дёргайся ты так резко, Мора! Отлегло и уже скачешь?
- Не бурчи, и без того тошно.
- Всё-всё, молчу!
Признаться, в тот момент я безумно завидовала старому приятелю. Невероятная скорость регенерации, унаследованная им от отца-Охотника, позволила Берту не только избавиться от яда, но и исцелить свои раны. Он даже уставшим не выглядел, а ведь ему в этой драке досталось сильнее, чем мне! Это называется: повезло с наследственностью.
Как ни странно, но инкуб действительно молчал до самого рассвета. Бегло осмотрев содержимое найденной на полу корзинки (как она там оказалась, я не знала), Берт недовольно скривился, видимо не найдя ничего подходящего. Ещё несколько раз прошёлся по камере, меняя форму с боевой на демоническую и обратно, затем подёргал прутья решётки. Вряд ли он замышлял побег, скорее, внимание инкуба привлекло что-то… или кто-то… из помещения напротив. Вволю потешив своё любопытство, Охотник вернулся ко мне. Осторожно, чтобы не задеть царапин, обнял крылом и велел спать дальше. Всё равно, до полудня ничего интересного случиться не могло.
В этом мы немного ошиблись. Едва-едва рассвело, а в коридоре уже послышалось какое-то шевеление. Не открывая глаз, я прислушалась. Говорили двое, мужчина и женщина, и оба голоса казались смутно знакомыми, словно бы я слышала их совсем недавно, но в каком-то полузабытье. Возможно, так оно и было – с каждым часом ночные воспоминания становились всё более нечёткими и размытыми. Словно бы разум, не желая мириться с этим кошмаром, избавлялся от него.
А потом женщина подошла к нашей камере. Она что-то сказала, обращаясь к Берту, но я не разобрала – что. Впрочем, инкуб всё прекрасно понял, а это было главное.
- Вам не за что извиняться, госпожа, - негромко ответил он. – Наоборот, это мы у вас в неоплатном долгу за столь своевременную помощь! Приятно знать, что в этом городе ещё не все отвернулись от нас.
В голосе моего друга прозвучала какая-то странная ирония, но её причины я не поняла. А проясниться ничего не успела: стражник, заметивший что женщина разговаривает с нами, окликнул её и велел «прекратить это дело». Кажется, местные гостеприимство и вежливость не распространялись на демонов.
Убедившись же, что незнакомка отошла от нашей камеры на достаточное расстояние, караульный подошёл к решётке и голосом, полным страха и злости, произнёс:
- Вечером придут ваши. С ними и будете болтать!

URL
2009-03-16 в 20:25 

A drawer & a honest art-thief.
Когда я пришла в себя, в памяти не осталось ничего, только размытые яркие пятна, светлые и свежие. Потирая лицо, я поднялась на ноги, просто чтобы размять затёкшие суставы. Меня слегка пошатывало, сил не осталось вообще, зато я чувствовала себя гораздо лучше. И, как не странно, воспоминания о том, что произошло ночью, уже не так тяготили. Просто факт, несколько строчек. Самое плохое или нет — но уже позади.
Глянув под ноги, я не сдержала улыбки. Всё-таки, побочных эффектов мне избежать не удалось: весь пол камеры был покрыт травой, стены примерно на треть заросли мхом. Жаль, вся эта красота высохнет дня через два, или счистят. Аккуратно ступая по свежей поросли, я подошла к решётке, чтобы осмотреться. Сейчас я почти ничего не ощущала, окружающее пространство как бы онемело, так бывает со слухом после особенно громкого звука. Но мне требовалось понять, где я и что с моими друзьями.
Проигнорировав угрюмый взор стража, замершего у стены напротив, я прокашлялась и громко спросила:
— Ребята, вы тут? Все живы?

2009-03-16 в 21:25 

Дон М.А.Гарибальди
***
- Живы, живы! – громко откликнулась Марта, доставая из корзины очередную партию одежды и еду с питьем.
Вручив "набор" возмущенному блюстителю порядка, она прибавила:
- Не тех боишься, Руфус, и не на тех пыхтишь. - Не в службу, а в дружбу, отнеси девочке, а? Она вон как раз проснулась... и убери от нее этого глазастого, нечего ему пялиться, а я, к сожалению, сейчас не самый... подходящий гость.
Последние слова прозвучали едва слышно и уже в сторону камеры Юджина.
Проследив за взглядом женщины, Руфус не удержался:
- Если бы я тебя не знал, то решил бы, что ты...
Теперь Марта смотрела на давнего знакомого без насмешки, скорее, устало. Она не собиралась объяснять кому-либо, что кучка арестантов сделала для города. Очень скоро все и так поймут, а не поймут – им же хуже.
- Да, мне страшно, не вижу смысла это утаивать.
Марта не лукавила. Правда, боялась она не совсем того, о чем мог подумать начальник караула, но посвящать его в подробности своих личных переживаний – много чести. Достаточно, что нервы ночь напролет дребезжали, как перетянутые струны. Нужно, однако, встряхнуться и заканчивать свои дела, пока есть возможность...

***
Снизу немилосердно кололся соломенный тюфяк, сверху разбирала чесотка. На фоне этого даже боль воспринималась не так остро, как накануне. Проснувшись – очнувшись? – я попытался пошевелиться, но почти сразу решил этого не делать. Во-первых, насторожило ощущение знакомой ткани, накрывавшей меня не целиком, но почти; во-вторых, на спине тоже лежала не то какая-то тряпка, не то полотенце. Стоило чуть дернуться, как нижняя часть всего этого хозяйства поползла вниз. А одежда-то где?!
- Не спишь? Что ж, так даже лучше. Только не дергайся, пока я не закончу.
При первых звуках этого голоса кошмары прошедшей ночи мгновенно отступили на задний план, а когда знакомая рука привычным жестом взъерошила мои спутанные лохмы, и вовсе растворились где-то там, в темноте.
Полотенце начали осторожно приподнимать, но оно сопротивлялось, как-то странно прилипая к спине и отходя с жутким треском и хрустом. Потом я различил испуганный вздох.
- Что, сорняками зарос?
Попытка отшутиться успеха не имела, ибо Марта абсолютно серьезно ответила:
- Вроде того.
- И что теперь с этим делать?
- Что делают с сорняками на грядках...
В зубы сунули другое полотенце, поменьше и свернутое жгутом.
- Больше я тебя отключать не буду, терпи.
Так... кажется, настал мой черед пугаться.
Но терпеть, в принципе, пришлось недолго, да и больно было не слишком. Гораздо страшнее делалось от звуков, с которым от моих ран... нет, из них выдирали нечто недоступное взору. Уже потом кто-то из охранников неохотно поведал, как, проходя мимо, едва не лишился чувств при виде странной паутины, расползшейся за ночь по моей спине. Цвета она была премерзкого, вдобавок обросла ярко-желтыми шариками, похожими на бутоны кувшинок, только в несколько раз меньше. Снимая всю эту гнусь и упихивая в холщовый мешок, Марта постепенно взяла себя в руки, а когда следы когтей были очищены полностью, даже повеселела.
- Какая интересная травка! Прямо скажу, не ожидала такого. Но зато какая красота, всю дрянь в себя забрала! И царапин-то всего три, оказывается, и даже зашивать ничего не надо – само наполовину стянулось. Скунс ты мой вонючий, – меня нежно чмокнули в щеку, – через пару дней будешь совсем как новенький.
- Охотно верю. Зудит только...
- А это хорошо. Чешется – значит, заживает.
- Впрямь заживает, - поддакнул как-то чересчур быстро вернувшийся Руфус. – Вчера на тебя глянуть-то было страшно, не то, что дотронуться.
С ногой дела обстояли чуть хуже. Там ничего не заколосилось, поэтому повязка снялась без проблем, но и зарастать рана не спешила. Измерив ее длину пальцами, Марта призадумалась.
- Там однозначно были когти, а здесь, получается, все-таки зубы. Юджин, ты можешь сказать, кто тебя тяпнул?
Я только пожал плечами, ойкнув от дернувшей спину судороги. Садиться, вставать и ходить можно – и на том спасибо, а мгновенные исцеления только в сказках бывают. Сказки... а из области чего тогда была прошедшая ночка? Отмахнувшись от набежавших мыслей, я переключился на тюремный холод, который был куда более реален, я даже поежился и многозначительно покосился на торчащие из корзины штаны. К счастью, скорости, с какой Марта обрабатывала и перевязывала раны, мог бы позавидовать любой армейский врач, так что замерзнуть мне просто не дали, а рубашек натянули целых две. Как пояснил мой чудо-доктор, нижнюю после соприкосновения с мазями в любом случае придется выбросить. Руфус все это время стоял в дверях, ни жив, ни мертв – загадочная трава пробрала до печенок и его. Закончив возню, Марта выставила на лежанку флягу с горячим травяным настоем и соблазнительно пахнущий мясом глиняный горшок, не допускающим возражений тоном велела есть, а сама собрала в мешок все, что требовалось сжечь, и упорхнула в караулку.
Не было ее довольно долго. И все это время Руфус стоял над душой, хотя мог, вообще-то, давно запереть дверь и уйти по своим делам. Вместо этого он продолжал пялиться на меня, как на... нет, не на кровного врага, конечно же, но и до братской любви было далеко, как до неба. Проглотив последний кусок, я не выдержал и уставился на него волком:
- Что?
- Скажи, вот чем, чем ты ее взял?
Ох-х-х... вечная песня лета, мать твою... когда уже этому придет конец... и ведь даже морду не набьешь.
Если верить Марте, а ей я доверял абсолютно во всем, она младше меня не больше, чем на пару-тройку лет, выглядела, правда, гораздо моложе, из-за чего порой о нашем возрасте создавалось ошибочное впечатление. А Руфус был ее ровесником, ну, или почти... Понятное дело, он жутко обижался на то, что его считают "глупым мальчиком" и отказываются воспринимать всерьез. С другой стороны, как прикажете воспринимать человека, не понимающего очевидных вещей:
- Такие женщины сами выбирают себе мужчин. Никому ничего не объясняя. И если уж она выбрала, никуда от этого не денешься. И с другим быть не заставишь.
- Тогда женись на ней! – наполовину прошипел, наполовину выкрикнул он. – Прекрати месяцами шляться неизвестно где! Дай ей дом, защиту, семью и начни жить, как нормальный человек! Как все нормальные люди! Да если бы такая женщина выбрала меня, я бы ее до самой смерти на руках носил!
- Ты мне лучше в следующий раз корзину помоги донести, романтик, - раздался спокойный и чуть насмешливый голос за нашими спинами.
Я вздрогнул и от неожиданности выронил ложку, а Руфус судорожно вцепился в плетеную ручку, мгновенно залившись краской до самых кончиков ушей. В корзине еще что-то оставалось, поэтому он замер за порогом камеры, вопросительно глядя на женщину.
- Сам знаешь, для кого это, - произнесла она, указав глазами в ту часть коридора, куда ее не пустили бы, сколько ни упрашивай. – Они не из тех, кто жалуется, только если ты "забудешь" передать, я ведь все равно узнаю.
Не дожидаясь ответа, она тепло улыбнулась мне:
- До вечера, милый, - и вышла, нет, почти вылетела вон.

   

Тёмное Поместье

главная